Велимир Хлебников. Собрание сочинений. Том 3

Она же кудри золотые юноши рукою нежно гладила, Играя ими, перебирала бесконечно, смотря любовными глазами, И слезы, сияя, стояли в ее гордых от страсти, Порою целовалися при всех крепко и нежно, громко, И тогда, сливаясь головами,- он голубоИ и черная она,- на день и ночь, На обе суток половины оба походили, единое кольцо. И, легкую давая оплеуху, уходя, - «Сволочь ты моя, сволочь, сволочь ненаглядная»,­ IJелуя в белыИ лоб, словами нежными она его ласкала, Ероша белыми руками золотые перья на голове и лбу. Он нежно, грустно улыбался и, голову понуривши, сидел. Видал растущиМ: ряд пощечин по обеим щекам И звонкиИ поцелуИ, как точка, пред уходом, И его насмешливыМ: и грустныМ: бесконечный взгляд. Два месяца назад он из-за нее стрелялся, Чтоб доказать, что не слабо, и пуля чуть задела сердце. Он на волос от смерти был, золотокудрый, Он кротко все терпел, И потом на нас бросал взгляд умного презренья, загадочно сухоИ и мертвыМ:, Но вечно и прекрасно голубоИ,- Как кубок кем-то осушенный, взгляд начальника исчерна черных глазах.

на подчиненных.

Она же говорила: «Ну, бей меня, сволочь»,-

и щеку подставляла.

Порою к сыну мать седая приходила, Седые волосы разбив дорогой.

И те же глаза голубые, большие, и тот же безумныМ: и синий огонь в них. Курила жадно, второпях ласкала сына, гладя по руке, Смеясь, шепча, и так же кудри гладила С упреком счастья: «Ах ты, дурак мой, дурачок, совсем ты дуралеИ».

290