Образы архитектуры и образы скульптуры

БАЖЕНОВ И КАЗАКОВ

159

Хотя Казаков отдал дань сложным осевым построениям плана, идя по пути Баженова (достаточно вспомнить московский Сенат и Петровс- кое-Алабино), его мышление неизменно тяготело к простым, логически ясным пространственным схемам. Все его планы имеют ясно выражен­ ный центр — главный корпус городского или усадебного здания. Обычно этот центр имеет форму простейшего кубического объема, очень ком­ пактного и четкого. Излюбленной формой церковных сооружений Каза­ кова является ротонда, применяемая, впрочем, и в монументальных гра­ жданских сооружениях: ротонда с купольным перекрытием вписана даже в строгий куб центрального корпуса Голицынской больницы. В го­ ризонтально растянутых постройках «покоем» Казаков избегает столь частых в XVIII веке полуэллипсов, овалов, залов и комнат неправильной формы, закоулков с кривыми очертаниями и обычно сводит весь инте­ рьер к простейшим объемам, четко соподчиненным центральному про­ странственному ядру. В то же время «усадебное» творчество Казакова от­ мечено неизменной, ясно звучащей нотой интимности и лиричности. Он избегает крупных членений и сильных, крупных деталей, сочленяя от­ дельные объемные части здания не под углом, а посредством плавных закруглений фасада. Он избегает вообще прямых углов в фасаде, и даже в чисто городском здании Университета крылья имеют закругленные углы. Наибольшего развития усадебный тип архитектуры достигает в доме Разумовских на Гороховом поле, построенном со всем богатством пла­ стических средств классицизма. Вытянутый полуэллипс главного фасада образует мягкую и плавную линию, отделяющую главный дом от городс­ кого окружения. Благодаря этому архитектор получает возможность на­ делить самый фасад контрастными формами. Глубокая ниша, занима­ ющая центр портика, обрамляет собой парадную лестницу у входа, перекрытую полукуполом. По две парных колонны далеко выступают вперед с каждой стороны. Эффект светотени, чередование плоскостей и углублений, выносов и ниш проведены здесь с большой смелостью, однако все эти элементы совершенно чужды барочным приемам, сохра­ няя всю четкость и строгость композиции классицизма. Схема усадебного ансамбля получает в работах Казакова большую гибкость. Рядом с полуэллипсом дома Разумовских мы видим совер­ шенно иное решение — строгий «покой» здания Университета на Мохо­ вой. Тот и другой тип связи усадьбы с улицей, с городским кварталом сменяется третьим типом—непосредственным выносом главного фасада на «красную линию» улицы: двенадцатиколонный портик бывшего гага- ринского дома на Страстном бульваре составляет уже неотъемлемую часть ансамбля улицы, точно так же, как и строгий, несколько сухой фа­ сад дома Губиных на Петровке. Здесь перед нами—уже близкое начало ампира с его преимущественной ориентировкой на прямую линию фа-