Образы архитектуры и образы скульптуры

АДМИРАЛТЕЙСТВО

АРХИТЕКТУРНЫЙ АНСАМБЛЬ Игла Адмиралтейства видна издалека. Бледным золотом отливает она сквозь туманный или ясный воздух ленинградского утра, вставая завер­ шением длинных прямых магистралей. В точке схода трех лучей, трех главных петербургских перспектив, поставлена адмиралтейская башня, и с каждой из этих трех улиц она, эта башня, видна по-разному — фрон­ тально или под углом. Раньше всего различаешь золоченый шпиль; затем его подножие — параллелепипед, обнесенный со всех сторон колоннами; затем основа­ ние башни — массивный куб, прорезанный аркой. Но только приблизив­ шись к башне почти вплотную, видишь, что сама башня — лишь кусок громадного здания, уходящего своим фасадом далеко в обе стороны, и что фасад этот, в свою очередь, определяет облик только части всего со­ оружения, а чтобы увидеть и узнать его целиком, надо, пройдя вдоль длиннейших стен, завернуть вместе с ними за угол, направиться к реке, обойти один из боковых павильонов, и далее, пройдя по набережной мимо ряда посторонних домов, снова оказаться перед таким же павильо­ ном, и лишь обойдя все громадное здание и вернувшись вновь на Ад­ миралтейский сквер, отдать себе отчет в том, что ты видел Адмирал­ тейство. Это — здание-массив не только по своим размерам, но и по тому ме­ сту, которое оно занимает в своем городе. Великое произведение архи­ тектуры никогда не бывает только зданием. В нем узнает себя целый го­ род, оно становится действительно великим только тогда, когда оказывается невозможным отделить его от окружающего — города или природы. Можно в любой обстановке исполнить сонату или песню, в любой га­ лерее поместить картину, в любом театре сыграть пьесу: архитектура не­ отделима от места, в котором она создана, неотделима не только по фи­ зическим или техническим причинам. Великое произведение архитек­ туры вбирает в себя многие черты окружающей природы и окрестного

166