Образы архитектуры и образы скульптуры

АДМИРАЛТЕЙСТВО

167

городского пейзажа. В свою очередь архитектура входит в окружающее, властно меняя его и создавая новый облик— города, пейзажа, самой природы. Адмиралтейство принадлежит именно к таким великим произведе­ ниям архитектурного искусства. Это не просто монументальное здание, искусно скомпонованное и мастерски выстроенное. Это часть города, важнейший член его архитектурного организма. Адмиралтейство неот­ делимо от Ленинграда, как Парфенон от Акрополя, Кремль от Москвы, Лувр от Парижа. И так же как эти здания вбирают в себя лучшие черты окружающего их городского ансамбля— частицу родного города, род­ ной природы, родных небес, — так и в образе Адмиралтейства мы разли­ чаем сгусток архитектуры Ленинграда, отражение ленинградского пей­ зажа с его неповторимым сочетанием водной глади Невы и прямых перспектив. В архитектурный облик Ленинграда мощно вписалась Нева. Ни одна мировая столица не связана так в своем архитектурном организме с ре­ кой, как этот город, основанный «на берегу пустынных волн». Река пре­ допределила выбор места для новозданного города и вошла в качестве важнейшего фактора в его хозяйственную жизнь, в его повседневный быт. Широкая гладь Невы, ее водный простор составляют не только ве­ личественную черту ленинградского природного пейзажа, но и неотъ­ емлемую часть пейзажа архитектурного. Именно Нева определяет архи­ тектурные масштабы ленинградских площадей и перспектив, именно рекой «измеряются» пространственные отношения в центральной части города. На протяжении ста лет—от первых десятилетий XVIII века, когда город рождался на пустых невских берегах, до первых десятилетий сле­ дующего, XIX столетия— складывался этот центральный ансамбль Пе­ тербурга. Его единство сложно. Оно включает в себя разнообразие архи­ тектурных систем, сменявшихся на протяжении этих ста лет, от строгости трезиниевской вертикали Петропавловского собора, через рас- треллиевский пышный наряд Зимнего дворца, вплоть до «стиля импе­ рии» с его новой классикой—Адмиралтейства, Биржи, Главного штаба, Сената и Синода. Выдающиеся образцы каждого из этих больших стиле­ вых периодов вошли в ансамбль, сделались его обязательной, не случай­ ной частью. Фальконетов памятник Петру, «Медный всадник» пушкинс­ кой «петербургской повести», внес в этот ансамбль ярчайшую выразительность скульптурного образа, расширенного до пределов исто­ рического символа и в то же время наделенного потрясающей реалисти­ ческой силой. Этот монумент строителю города, полный такой бурной динамики и такого величественного спокойствия, явился важной компо­ зиционной точкой в становлении огромного архитектурного ансамбля. Томонова Биржа как бы замкнула все ансамблевое построение, образо-