Образы архитектуры и образы скульптуры

АДМИРАЛТЕЙСТВО

189

ности от начальной поры строительства новой столицы и завоевания не­ вских берегов. Захаров пошел на смелый архитектурный прием: в своем классическом сооружении, проникнутом духом строгой дорики и решен­ ном в ордерной системе, он сохранил столь далекую от этой дорики островерхую башню с высокой иглой. Значение подобных вертикальных построений в русской архитектуре петровского времени общеизвестно. Возводя первые крупные сооруже­ ния новой столицы, Петр стремился поскорее закрепить основные опор­ ные точки в плане города, в его ансамбле. В равнинном, плоском Петер­ бурге это можно было сделать только при помощи резко выраженных вертикалей, доминирующих над окружающей застройкой. Голландские города, в частности Амстердам, послужили здесь примером. В знамени­ том письме-наставлении архитектору Коробову Петр подчеркивал сход­ ство природных условий Петербурга и голландских городов. При постройке Петропавловской крепости он настаивал на первоочередном и скорейшем окончании колокольни, которая должна была своим высо­ ким башенным силуэтом господствовать над городом. Грандиозный тре- зиниевский шпиль Петропавловской колокольни был данью этому стре­ млению. Первое, петровское, Адмиралтейство было также увенчано шпилем над центральной башней, как это мы видим на рисунке Христо­ фора Марселиуса. Партикулярная верфь, построенная архитектором Маттарнови в 1717- J 7 2 2 годах, дала уже прямой образчик для будущей «адмиралтейской иглы»: высокий шпиль с корабликом на острие. Пере­ страивая Адмиралтейство в 1734 году, Коробов тщательно разработал эту деталь и придал ей художественную законченность: восьмигранная золоченая игла вырастала из башни и несла ажурно выточенный из мед­ ных листов кораблик. Можно назвать еще целый ряд зданий петровс­ кого времени, где остроконечный шпиль служил венчающей частью ба­ шенного построения. Но задолго до Коробова и даже до Трезини мотив высокого золоченого шпица был применен в одной из самых выда­ ющихся построек петровского времени, и притом не в Петербурге, а в Москве: Иван Зарудный завершил свое замечательное башенное соору­ жение—церковь Гавриила Архангела (Меншикову башню) — гигантс­ ким «шпицером» с золоченой фигурой архангела на верхушке. Светлая игла захаровского Адмиралтейства, несмотря на свое готическое проис­ хождение, имела за собой прочную традицию в русском зодчестве, тра­ дицию, тесно связанную с эпохой Петра.

Строительство захаровского Адмиралтейства знаменовало новый подъем архитектурного творчества в России. В эти годы перед русской архитектурой вновь со всей силой встала проблема города. С различной интенсивностью эта проблема разрабатывалась в течение всего XVIII