Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ АРХИТЕКТУРЫ

86

«всефасадно», в основе своей имеет элементарную форму куба, причем эта форма мотивируется архитектором не только своими эстетическими качествами и не только общей тенденцией к простейшему и эконом­ ному, но и символическим содержанием (куб— символ постоянства, по­ ясняет Леду в «Architecture Consideree»). Абстрактная геометризованная форма лишь отчасти смягчается в своей отвлеченности при помощи ба­ рельефного фриза. Резкие грани, резкие контуры, делящие весь объем на отдельные куски, лишь подчеркивают основную тенденцию архитектора — его стремление к геометрически простейшим формам, в которых он видит наивысшую силу выразительности, какая вообще может быть до­ ступна архитектуре. В устах Винкельмана и других основоположников классицизма поня­ тие простоты предполагало целую систему композиционных приемов: применение принципа равновесия масс, строгой симметрии, классиче­ ских пропорций. В творчестве Леду простота формы сама становится со­ вершенно определенным архитектурным качеством. Производится как бы разработка приемов, реализующих это качество. Понятие простоты приобретает у Леду боевой характер антитезы всему миру барокко, всему миру рококо, нарочито усложнявших каждую архитектурную идею, ка­ ждую архитектурную форму и строивших свою эстетику именно на этих преднамеренных усложнениях. Классицизм утверждает простоту формы как одно из начал антич­ ного эстетического идеала. Понятие простоты фигурирует в основной винкельмановской формуле этого идеала: «благородная простота и спокойное величие». Леду по-своему подчеркивает эту формулу, по кра­ йней мере первую ее часть, и по-своему же он оперирует ею в критике барочного наследия. В трактате Леду мы читаем знаменательные строки о «формах, которые создаются простым движением циркуля». Эти формы, по словам Леду, «отмечены высоким вкусом; круг, квадрат —вот азбука, которую авторы должны употреблять в тексте своих лучших про­ изведений». С этим постулатом следует сопоставить нескрываемое от­ вращение Леду к барочной архитектуре, к «формам, разломанным уже при самом рождении, к этим карнизам, которые извиваются, как репти­ лии». Кажется, до Леду никто не характеризовал барокко в таких унич­ тожающих и гневных определениях. «Спокойные плоскости, поменьше аксессуаров!» —читаем мы в дру­ гом месте трактата. Леду доводит упрощение архитектурной формы до крайности. Его объемы тяготеют к элементарным стереометрическим телам. Он не довольствуется при этом кубом и параллелепипедом, но применяет также шар («Дом садовника»), пирамиду («Дом лесоруба»), цилиндр («Дом директора источников»). В названных проектах стремле­ ние к элементарному объему получает характер почти маниакальный. Архитектор не останавливается перед явно утопическими построениями