Образы архитектуры и образы скульптуры

АДМИРАЛТЕЙСТВО

213

включением в это убранство изображений человека — в статуях и релье­ фах. С основанием новой столицы декоративная скульптура получила все права гражданства и стала одним из наиболее покровительствуемых видов искусства. Сам Петр придавал ей особое значение. Статуи на ан­ тичные и аллегорические темы, украшая столицу и загородные резиден­ ции, выполняли определенную культурно-политическую миссию. Фи­ гуры античных богов и богинь, древнегреческих героев и древнеримских цезарей, статуи, олицетворявшие явления природы, человеческие добро­ детели, различные области гражданской и воинской деятельности, на­ глядно знакомили русскую публику с изобразительным языком общеев­ ропейской классики, с традиционным репертуаром образов и аллегорий, прочно усвоенным европейским искусством. Популяризируя героев классического мифа и всевозможные аллегорические сюжеты, декора­ тивная скульптура тем самым выполняла важную воспитательную роль. В наглядной форме она утверждала общие понятия, связанные с госу­ дарственным благом, восхваляла гражданские добродетели. Именно эта общественно-воспитательная роль скульптуры особенно ценилась Пе­ тром. Самый подбор статуй для Летнего сада и Петергофа недвусмыс­ ленно говорит об этом. Наряду с нимфами, богинями, временами года здесь фигурировали аллегории воинских побед, гражданских подвигов, отраслей созидательной деятельности человека, а также морализиру­ ющие эпизоды и персонажи из Эзоповых басен. Отвлеченные аллегории и мифологические образы привлекались для прославления событий современности. Так, для Летнего сада была спе­ циально заказана венецианскому скульптору И.Баррате группа «Мир и Изобилие» — аллегорическое изображение мирного преуспевания Рос­ сии после победы над Швецией, а центральной фигурой Петергофского скульптурного ансамбля был избран Геракл, раздирающий пасть льву, позднее замененный Самсоном, героем аналогичного подвига. Оба ле­ гендарных эпизода, так же как и другие скульптурные сюжеты петер­ гофских каскадов, явились прямым аллегорическим обозначением и прославлением Полтавской победы. Если монументально-декоративная скульптура уже в петровское время нашла себе обширное и прочное применение в ансамблях парков и загородных резиденций, то гораздо более ограниченным было место, отводимое ей в наружном и внутреннем убранстве зданий. Архитектура этого времени, сугубо «деловая», сдержанная и экономная в своих деко­ ративных приемах, привлекала скульптуру лишь в качестве откровенно «иллюстративного» средства, органически не связанного со стилем со­ оружения. Так, барельефы, украшающие фасад Петровского Летнего дворца, напоминают скорее картины в рамах, повешенные в ряд на на­ ружной стене здания, чем органическую часть самой архитектуры. Та­ кой же характер носит барельеф на Троицких воротах Петропавлов-