Образы архитектуры и образы скульптуры

АДМИРАЛТЕЙСТВО

205

туров, применение минимального числа простейших мотивов, подчинен­ ных простой и четкой композиционной схеме,— этими чертами Адмиралтейство крепко связывает себя со своим веком. Это — прозведе- ние, лишенное малейшего налета архаики, стилизации, произведение новаторское в полном смысле слова. В то же время во всем его строении мы ясно различаем линию исторической преемственности: массив Ад­ миралтейства, масштабы его пространственного охвата, смелость и мощь всего ансамблевого построения были бы немыслимы, если бы в прошлом не было Баженова с его грандиозным проектом московского дво ч рца. Баженов, автор неосуществленного кремлевского ансамбля, и Казаков, автор Голицынской больницы, были прямыми предшественни­ ками Захарова, хотя язык архитектурных форм, которым пользуется строитель Адмиралтейства, глубоко отличен от языка великих зодчих XVIII столетия. Захаров знаменует новый этап в развитии русской клас­ сической школы. На этом новом этапе сохраняет свою силу и получает дальнейшее развитие идея, выдвинутая Баженовым, — идея внутреннего родства и сочетания европейской классики с национальными традици­ ями русского зодчества. Захаров идет еще дальше по пути этого смелого соединения класси­ ческих и национальных начал. Он сохраняет в своем Адмиралтействе в неприкосновенности отдельные мотивы коробовского здания — мотивы Петровской эпохи. Он смело увенчивает свое классическое построение готической иглой — характерным атрибутом раннего петербургского зодчества. Он утверждает своим зданием еще одну линию исторической преемственности — связь русского ампира с эпохой основания новой сто­ лицы, с архитектурой петровского времени. Так, в строгой простоте и монолитной цельности захаровского Адми­ ралтейства мы распознаем следы многих архитектурных традиций, мно­ гих уроков, воспринятых и пережитых мастером. Античная дорика и старый Новгород, Леду и «мегаломаны» XVIII столетия, петровское время и Баженов, старые русские ансамбли монастырей и кремлей — все эти разнохарактерные образы мирового зодчества участвовали в творче­ ском процессе создания Адмиралтейства. В этом сложном сплаве отче­ канился стиль Захарова, стиль русской классики начала XIX века. Мы можем говорить о национальном характере этого стиля, подобно тому как национален Пушкин, переплавивший в своем творчестве образы Ше­ кспира, Байрона, русских сказок, Мериме, английских драматургов. Всесторонняя обусловленность здания ансамблем города и активное воздействие здания на этот ансамбль; строгое самоограничение в выборе и числе основных архитектурных мотивов; строгая простота композиции и формы; сочетание ордерного классического начала с главенствующей ролью стены как архитектурной основы всего построения; трактовка зда­ ния как архитектурного массива, обладающего многими фасадами, «все-