Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ СКУЛЬПТУРЫ

392

которыми его мастера нередко вступали в прямую борьбу. Ведь именно эта сторона творчества Родена вызывала (и продолжает вызывать) со стороны ряда его критиков упреки в «литературности» и «символизме». Так, Эли Фор прямо говорит о «досадном стремлении Родена уходить за пределы пластики, гнаться за символами». Под «символами» здесь раз­ умеется «внепластическая», то есть сюжетная, основа многих работ скульптора — как раз то, что импрессионизм обычно старался исклю­ чить из самой сферы художественного. С другой стороны, только поверхностное восприятие академически необходимых приемов Родена позволяло сближать эти приемы с им­ прессионизмом в живописи. Мы отметили пластические особенности «Граждан Кале»: нарочитую четкость, даже резкость жеста, вплоть до угловатости, моделировку в крупных формах — объемах и плоскостях, почти полное отсутствие светотеневых эффектов, сосредоточенность пластических усилий на выражении внутреннего мира модели, на психо­ логической мотивировке скульптурного жеста, на «переживании» как основной предпосылке пластической характеристики. Можно ли после этого утверждать, что импрессионизм, современни­ ком расцвета которого был Роден в пору своей творческой зрелости, вовсе чужд творческим исканиям скульптора? Далекое от философской основы импрессионизма и от его практической эстетики, искусство Ро­ дена разделяло, однако, характерное для живописного импрессионизма тяготение к пленэру, к пластической форме, освещенной солнцем, пере­ даче изображения в условиях естественного освещения, «под открытым небом», в свободной, ничем не ограниченной воздушной среде. Не только «Граждане Кале» — монумент, предназначенный для го­ родской площади, — но и многие чисто станковые работы Родена рассчи­ таны на открытое небо, на воздух, пронизанный солнечными лучами или наполненный ровным светом дня. Это тяготение к большому про­ странству, к воздушной среде, не ограниченной стенами музея, или об­ щественного зала, или художественного ателье, обусловлено в твор­ честве Родена отнюдь не одними формальными мотивами и интере­ сами — оно неразрывно связано с внутренней потребностью скульптора к монументальности, с его органическим стремлением к большой форме, к образам, способным воздействовать на большие дистанции в про­ странстве и во времени. И не случайно в пору культа «камерности», нарочитой, подчас ис­ кусственной интимности, приглушенных полутонов и полуголосов, в пору, когда даже самые большие художники болели «боязнью про­ странства», страхом перед гулом улицы, перед толпами зрителей, перед аудиторией масс, Роден требовал для своих скульптур места в городе, под открытым небом, добивался (и добился!) установки своего «Мысли­ теля» на парижской площади перед Пантеоном.