Равик не ответил. Только бы Хааке ничего не заподозрил.
– Сегодня ночью я должен выехать в Берлин. – Хааке посмотрел на часы. – Через полтора
часа.
Равик не шелохнулся. Пойти с ним, мелькнула у него мысль. Он безусловно живет в отеле, а
не на частной квартире. Зайти с ним в номер и там разделаться.
– Я жду тут двух знакомых, – сказал Хааке. – Они вот-вот должны подойти. Мой багаж уже
на вокзале. Прямо отсюда мы отправимся к поезду.
Кончено, подумал Равик. Почему я не ношу с собой револьвера? Почему я, идиот этакий,
все время убеждал себя, что ошибся? Пристрелил бы его на улице и скрылся в метро.
– Очень жаль, – сказал Хааке. – Но может быть, мы с вами встретимся еще раз. Через две
недели я снова буду здесь.
Равик облегченно вздохнул.
– Хорошо, – сказал он.
– Где вы живете? Я мог бы вам позвонить.
– В «Принце Уэльском». Неподалеку отсюда. Хааке достал блокнот и записал адрес. Равик
смотрел на изящный переплет из красной мягкой кожи, на узкий золотой карандаш. Что там
записано? – подумал он. – Вероятно, информация, которая обрекает кого-то на пытки и смерть.
Хааке спрятал книжку.
– Шикарная женщина… Та, с которой вы только что разговаривали, – сказал он.
Равик не сразу сообразил, о ком идет речь.
– Ах, эта, – ответил он наконец. – Да, весьма…
– Киноактриса?
– Что-то в этом роде.
– Хорошая знакомая?
– Именно так.
Хааке задумчиво смотрел куда-то вдаль.
– Мне не очень-то легко познакомиться здесь с какой-нибудь симпатичной дамой. Времени
нет. К тому же не знаешь вполне надежных мест.
– Это можно устроить, – сказал Равик.
– Правда? А вы сами не заинтересованы?
– В чем?
Хааке смущенно улыбнулся.
– Например, в той даме, с которой вы беседовали.
– Нисколько.
– Это было бы неплохо, черт возьми! Она француженка?
– По-моему, итальянка. Впрочем, не чистокровная. Примешалось еще несколько рас.
Хааке ухмыльнулся.
– Неплохо. Дома такие вещи, конечно, невозможны. Но здесь я нахожусь, так сказать,
инкогнито.
– Действительно инкогнито? – спросил Равик. Вопрос на мгновение озадачил Хааке. Но он
тут же улыбнулся.
– Понимаю! Конечно же, для своих я – Хааке… Но вообще соблюдаю строжайшую
конспира – цию… Кстати, у вас нет знакомств среди беженцев?
– Почти никаких, – осторожно ответил Равик.
– Жаль! Нас, видите ли, интересуют… Одним словом, сведения о некоторых людях… Мы
даже платим за это… – Хааке поднял руку, предупреждая возможное возражение. – Разумеется,
в данном случае об этом и речи быть не может! И все-таки даже самые скромные сведения…
