Background Image
Table of Contents Table of Contents
Previous Page  283 / 346 Next Page
Basic version Information
Show Menu
Previous Page 283 / 346 Next Page
Page Background

Стивен Кинг: «Колдун и кристалл»

– Отправляйся, – приказал Джонас Клею Рейнолдсу. – Бери с собой нашего Солнечного Лучи-

ка. Если по дороге захочешь остановиться и попробовать, какая она на вкус, что ж, не стесняйся. –

Он искоса глянул на Сюзан, хотелось посмотреть, какой эффект произведут эти слова, но его ждало

разочарование: глаза Сюзан затуманились, словно удар Ренфрю лишил ее разума, во всяком случае,

временно. – Главное… чтобы в конце концов она попала к Корал.

– Попадет, – заверил его Рейнолдс. – И что мне передать сэй Торин?

– Скажи, чтобы держала эту девку под замком, пока я не дам о себе знать. И… почему бы тебе

не остаться с ней, Клей? Я хочу сказать… к завтрашнему дню, я думаю, у нас уже не будет повода

для волнений, но Корал… поезжай вместе с ней в Ритзи. Будешь ее эскортом, хорошо?

Рейнолдс кивнул. Кто бы возражал? Дом-на-Набережной, конечно, хорошо, но Ритзи куда луч-

ше. И он действительно может попробовать девчонку, когда доберется до дворца мэра, но не раньше.

Не под этой жуткой, висящей и на дневном небе Демонической Луной.

– Тогда отправляйся. Не теряй времени.

Рейнолдс повел Сюзан через поляну, под углом к тому участку Плохой Травы, за которым

скрылась Риа. Сюзан ехала молча, уставившись на свои связанные руки. Джонас повернулся к остав-

шимся.

– Эти трое парней из Привходящего мира сбежали из тюрьмы, в чем им помогла эта сучка. – Он

указал на удаляющуюся Сюзан.

Среди ковбоев пробежал гневный шепоток. Они знали, что Уилл Диаборн и его друзья сбежа-

ли, а вот о том, что им помогала сэй Дельгадо, услышали впервые… и, если бы Рейнолдс уже не увел

ее с собой, возможно, минутой позже ему бы это не удалось.

– Хватит об этом! – прокричал Джонас, и взгляды ковбоев вновь сосредоточились на нем. Он

же чуть наклонился вперед и погладил обтянутый мешковиной шар. Одного прикосновения хватило,

чтобы ощутить собственное всесилие. Да, с шаром он справится с кем угодно, даже если одну руку

ему привяжут к спине.

– Хватит о ней, хватит о них! – Взгляд его перебегал от Ленджилла к Уэртнеру, к Кройдону, к

Брайану Хуки, к Рою Дипейпу. – Нас почти сорок человек. У Скалы Висельников еще сто пятьдесят.

Их – трое, и ни одному еще не стукнуло шестнадцать. Вы боитесь трех мальчишек?

– Нет! – прокричали они.

– Если мы наткнемся на них, дорогие мои, что мы сделаем?

– УБЬЕМ ИХ! – прогремело в ответ, и испуганные вороны взлетели к небу, громким карканьем

выражая свое неудовольствие.

Джонас остался доволен. Рука его все еще ласкала магический кристалл, он чувствовал, как в

него вливается сила. Розовая сила, подумал он и усмехнулся.

– Поехали, парни. Я хочу, чтобы эти цистерны оказались в лесах за каньоном Молнии до того,

как дома запалят ярмарочный костер.

16

Шими, спрятавшийся в Плохой Траве у самой поляны, едва не попал под колеса черного возка

Риа. Вопящая ведьма проскочила так близко от него, что он почувствовал запах ее немытой кожи и

грязных волос. Если б она посмотрела вниз, то обязательно заметила бы его и превратила в птицу,

ушастика-путаника, а то и комара.

Юноша видел, как Джонас передал Сюзан другому Охотнику за гробами, в плаще, и двинулся

вдоль поляны. Он слышал, как Джонас обратился к мужчинам (многих из них Шими знал и стыдился

того, что столько ковбоев Меджиса подчиняются приказам плохого Охотника за гробами), но сами

слова пролетели мимо его ушей. Шими замер, когда они запрыгнули в седла, боясь, что они двинутся

на него, но они поехали в противоположном направлении, на запад. Поляна опустела… да только не

совсем. На ней остался Капризный. Веревка, на которой его привели, тянулась следом за ним по при-

мятой траве. Капи посмотрел вслед отъезжающим всадникам, заржал, как бы говоря, что они могут

отправляться к дьяволу, повернул голову и поймал взгляд Шими, который все еще прятался меж вы-

соких стеблей Плохой Травы. Мул дернул ушами, попытался ухватить губами траву. Потом словно

вспомнил, что она Плохая, поднял голову и снова заржал, глядя на Шими, как бы говоря, что проис-

шедшее с ним – его вина.