XXVI
Машина остановилась на углу улицы Вожирар.
– Что такое? – спросил Равик.
– Демонстрация, – ответил шофер, не оборачиваясь. – На этот раз коммунисты.
Равик взглянул на Кэт. Стройная и хрупкая, она сидела в углу. На ней был наряд фрейлины
двора Людовика XIV. Густой слой розовой пудры не мог скрыть бледности ее заострившегося
лица.
– Подумать только! – сказал Равик. – Сейчас июль тысяча девятьсот тридцать девятого года.
Пять минут назад тут прошла демонстрация фашистских молодчиков из «Огненных крестов»,
теперь идут коммунисты… А мы с вами вырядились в костюмы семнадцатого столетия. Нелепо,
Кэт?
– Какое это имеет значение, – с улыбкой отозвалась она.
Равик посмотрел на свои туфли-лодочки. Положение, в котором он очутился, было
чудовищно нелепым. К тому же его в любую минуту могли арестовать.
– Может быть, поедем другим путем? – обратилась Кэт к шоферу.
– Здесь нам не развернуться, – сказал Равик. – Сзади скопилось слишком много машин.
Демонстранты двигались вдоль поперечной улицы. Они шли спокойно, неся знамена и
транспаранты. Никто не пел. Колонну сопровождало подразделение полиции. На углу улицы
Вожирар, стараясь не привлекать к себе внимания, стояла другая группа полицейских с
велосипедами. Один полицейский заглянул в машину Кэт и не моргнув глазом проследовал
дальше.
Кэт перехватила взгляд Равика.
– Ему это не в диковинку, – сказала она. – Он знает, в чем дело. Полиция знает все. Бал у
Монфоров – главное событие летнего сезона. Дом и парк окружены полицейскими.
– Это меня чрезвычайно успокаивает.
Кэт улыбнулась. Она не знала, что Равик живет во Франции нелегально.
– Мало где в Париже вы сможете увидеть сразу столько драгоценностей, как на балу у
Монфоров. Подлинные исторические костюмы, настоящие бриллианты. В таких случаях
полиция не любит рисковать. Среди гостей наверняка будут детективы.
– И они в костюмах?
– Возможно. А что?
– Хорошо, что вы меня предупредили. А то я уже было собрался похитить ротшильдовские
изумруды.
Кэт приспустила стекло.
– Вам кажется все это скучным, я знаю. Но сегодня я вас никуда не отпущу.
– Мне вовсе не скучно. Напротив. Ума не приложу, чем бы я еще занялся, если бы не этот
бал. Надеюсь, там будет что выпить.
– Конечно. К тому же мне достаточно кивнуть мажордому. Он меня хорошо знает.
С перекрестка по-прежнему доносился топот множества ног. Демонстранты не
маршировали, а шли как-то вразброд. Двигалась толпа усталых людей.
– В каком веке вы хотели бы жить, будь у вас возможность выбора? – спросила Кэт.
– В двадцатом. Иначе я давно бы умер и какой-нибудь идиот пошел бы в моем костюме на
бал к Монфорам.
– Я не то имела в виду. В каком веке вы хотели бы заново прожить жизнь?
Равик посмотрел на бархатный рукав камзола.
