179 / 346
Стивен Кинг: «Колдун и кристалл»
яло пролить им. Его это не пугало, во всяком случае, пока, но не могло не тревожить.
4
Хотя Катберта и Алена с детских лет учили воевать, они, как и огромное большинство под-
ростков их возраста, свято верили, что старшие все делают лучше их, особенно если речь шла о стра-
тегическом планировании. Они также полагали, что взрослые всегда знали, что делают. Роланд, даже
ослепленный любовью, воспринимал взрослых куда более прагматично, но его друзья забыли, что в
игре в «Замки» обе стороны не ведают о маневрах противника. И они бы очень удивились, узнав, что
по крайней мере двое из трех Больших охотников за гробами очень нервничают из-за юной троицы
из Привходящего мира и крайне издерганы выжиданием, взятым на вооружение обеими сторонами.
Как-то ранним утром, когда в небе еще светилась половинка Охотничьей Луны, Рейнолдс и Ди-
пейп спустились вместе со второго этажа «Приюта путников». В большом зале царила тишина, пре-
рываемая разве что всхрапываниями. В самом большом салуне Хэмбри веселье закончилось до сле-
дующего вечера.
Джонас в компании молчаливого гостя раскладывал пасьянс «Канцлер» на столике Корал слева
от дверей. В это утро он надел плащ: дыхание легким парком вырывалось изо рта, когда он наклонял-
ся над картами. До утренних заморозков дело еще не дошло, но они были явно не за горами. Об этом
свидетельствовал холодный воздух.
Курилось и дыхание гостя Джонаса. Кимба пришел в толстом сером, с крошечными оранжевы-
ми крапинками, пончо. Они как раз собрались обсудить интересующие их вопросы, когда Рой и Клей
(Пинч и Джилли, подумал Раймер) показались на лестнице. И их ночь, проведенная у шлюх на вто-
ром этаже, закончилась.
– Элдред, – поздоровался Рейнолдс.
– Сэй Раймер.
Раймер кивнул, чуть поморщился, переводя взгляд с Рейнолдса на Дипейпа:
– Долгих вам дней и приятных ночей, джентльмены. – Разумеется, мир сдвинулся, подумал он.
И доказательство тому – эти две темные личности, играющие столь важные роли во всей этой исто-
рии. Впрочем, и сам Джонас не намного их лучше.
– Можем мы перекинуться с тобой парой слов, Элдред? – спросил Клей Рейнолдс. – Мы с Роем
поговорили и…
– Напрасно, – дребезжащим, как всегда, голосом ответил Джонас. Раймер не удивился бы, если
б такой голос оказался у Ангела смерти. – Разговоры ведут к мыслям, а мысли для таких, как вы, пар-
ни, опасны. Все равно что ковырять в носу патронами.
Дипейп загоготал, словно не понял, что смеются-то над ним.
– Джонас, послушай, – начал Рейнолдс и в нерешительности посмотрел на Раймера.
– Ты можешь говорить при сэй Раймере. – Джонас выложил новый ряд карт. – Он, в конце кон-
цов, наш основной работодатель. Я раскладываю пасьянс «Канцлер» в его честь. На лице Рейнолдса
отразилось недоумение.
– Я думал… то есть мне казалось, что мэр Торин…
– Мэра Торина не интересуют детали нашего договора с Благодетелем, – ответил Раймер. – Он
вполне доволен той долей прибыли, что причитается ему в этой сделке, мистер Рейнолдс. Сейчас
главная забота мэра – приближающая ярмарка Жатвы. Он хочет, чтобы все прошло гладко, дабы по-
том… материализовать договоренности, достигнутые с известной тебе юной леди.
– Ох уж эти дипломатические обороты, – покачал головой Джонас. – Сейчас, Рой, я тебе все
растолкую. В эти дни мэр Торин главным образом гоняет шкурку, мечтая о том, как его червячок за-
лезет в персик Сюзан Дельгадо. Готов поспорить, что в тот момент, когда раковина откроется и он
увидит перед собой жемчужину, ему не удастся добраться до нее. Сердце у него разорвется от возбу-
ждения, и он замертво рухнет на юную красотку. Да, так и будет!
Дипейп опять загоготал, локтем ткнув Рейнолдса в бок:
– Он прав, не так ли, Клей? Так и будет!
Рейнолдс улыбнулся, но в глазах его оставалась тревога. Улыбка, холодная, как ноябрьский
лед, изогнула и губы Раймера. Он указал на семерку, которая выскочила из колоды.
– Красное на черное, мой дорогой Джонас.
– Никакой я тебе не дорогой, – Джонас положил семерку бубен на восьмерку пик, – и советую