70 / 346
Стивен Кинг: «Колдун и кристалл»
все, если будешь хлопать ушами! Так-то! Снимай платье!
Не сниму,
едва не выкрикнула Сюзан, но что потом? Ее вышвырнут из этой хижины (хорошо,
если вышвырнут такой же, как вошла в нее, а не ящерицей или жабой) и погонят на запад, даже без
тех двух золотых монет, которые она принесла старухе. И это только меньшее из двух зол. А
большее состояло в том, что она дала слово. Поначалу упиралась, но когда тетя Корд упомянула имя
ее отца, сдалась. Как всегда. Действительно, выбора у нее не было. А когда нет выбора, промедление
– ошибка.
Она стряхнула с фартука кусочки коры, развязала его и сняла. Сложила, оставила на маленькой
грязной кушетке у очага, затем расстегнула платье до талии. Повела плечами, и платье упало к ее но-
гам. Она сложила и его, положила поверх фартука, стараясь не замечать жадного взгляда, которым
Риа с Кооса оглядывала ее при свете очага. Подошел кот, уселся у ног Риа. Снаружи завывал ветер.
Очаг давал достаточно тепла, но Сюзан дрожала от холода, словно раздевалась на самом ветру.
– Поторопись, девочка, ради твоего отца!
Сюзан потянула через голову рубашку, положила ее на платье и теперь стояла в одних пантало-
нах, прикрыв грудь сложенными руками. Огонь отбрасывал оранжевые блики на ее бедра.
– Так ты до сих пор не голая! – захохотала ведьма. – Какие мы скромницы! Очень, очень мило!
Скидывай панталоны, мисси, и предстань передо мной такой, как выскользнула из матери! Должна
же я знать, что так привлекло в тебе Харта Торина, не так ли? Живо!
Сюзан подчинилась, понимая, что деваться-то некуда. Теперь, когда ее «ежик» и «киска» лиши-
лись последнего прикрытия, не имело смысла прикрывать и грудь. Она медленно опустила руки.
– Да, неудивительно, что он возжелал тебя! – покивала старуха. – Ты же у нас красавица, это
точно! Не так ли, Масти?
Кот мяукнул.
– У тебя на коленях грязь. – Риа разом насторожилась. – Откуда?
Сюзан запаниковала. Она подобрала платье, пробираясь под окном ведьмы… и этим подписала
себе смертный приговор. Но девушка тут же нашлась с ответом, и голос ее звучал ровно:
– Когда я увидела вашу хижину, то перепугалась. Встала на колени, чтобы помолиться, и при-
подняла подол. Не хотела его пачкать.
– Я тронута… ты, значит, хотела явиться ко мне в чистом платье. Приятно это слышать! Ты со-
гласен, Масти?
Кот вновь замяукал и начал вылизывать переднюю лапу.
– Перейдем к делу. – Сюзан не отрывала взгляда от старухи. – Вам заплатили, я сделаю все, что
вы мне скажете, но только не надо меня высмеивать.
– Ты знаешь, что я должна сделать, мисси?
–
Нет.
– Слезы вновь навернулись на глаза Сюзан, но она не позволила им вылиться.
Не позволила.
– В общем представляю себе, что это должно быть, но когда спросила тетю Корд, права ли я,
она ответила, что вы меня просветите.
– Естественно, где ж ей пачкать грязными словами свой рот. А вот тетя Риа скажет тебе все. У
нее в отличие от тети Корделии язык повернется. Я должна убедиться, что ты чиста, физически и ду-
ховно, мисси. Проверить твое целомудрие, как говорили древние, и были в этом правы. Такие вот
дела. Подойди ко мне.
Два неохотных шага, и пальцы ног Сюзан едва не коснулись шлепанцев старухи, а груди – пла-
тья.
– Если дьявол или демон проник в твою душу, а это обязательно скажется на ребенке, он оста-
вил отметину на твоем теле. Чаще всего она похожа на родимое пятно или на засос, но есть и
другие… открой рот!
Сюзан открыла, старуха наклонилась к ней. От нее так воняло, что Сюзан едва не вырвало. Она
затаила дыхание, надеясь, что скоро все закончится.
– Высуни язык.
Сюзан высунула.
– Теперь дыхни мне в лицо.
Сюзан дыхнула. Риа поймала ее выдох, потом, хвала богам, отвернулась. Ее голова находилась
так близко от Сюзан, что та разглядела вошь, ползущую по волосам ведьмы.
– Сладко, – вынесла вердикт старуха. – Да, как хороший десерт. Повернись спиной.