– Что вы, как раз впору придется. Совершенно новая. Скажу по секрету – получил в подарок
от одного американца. А он – от одной дамы. Я таких вещей не ношу. Только ночные рубашки. А
пижама совершенно новая, мсье.
– Ладно. Тащите. Посмотрим.
Равик ждал в коридоре. Перед дверями стояли три пары обуви. Пара закрытых ботинок с
растяжным резиновым верхом. Из-за двери доносился могучий храп. У другой двери были
выставлены коричневые мужские туфли и дамские лакированные полусапожки на высоких
каблуках и с пуговками.
Они казались странно одинокими и покинутыми, хоть и стояли рядом.
Портье принес пижаму. Это была не пижама, а мечта. Синий искусственный шелк в
золотых звездах. С минуту Равик, совершенно онемев, смотрел на нее. Он хорошо понимал
американца.
– Роскошная вещь, правда? – с гордостью спросил портье.
Пижама в самом деле была новой и даже упакована в фирменную картонку «Магазэн дю
Лувр», где ее купили.
– Жаль, – сказал Равик. – Хотелось бы мне увидеть даму, которая выбрала ее.
– На одну ночь пижама ваша, мсье. Вам вовсе не обязательно ее покупать.
– Сколько за прокат?
– Сколько дадите.
Равик сунул руку в карман.
– Ну что вы, мсье, слишком много, – сказал портье.
– Вы не француз?
– Француз. Из Сан-Назера.
– Значит, общение с американцами испортило вас. А кроме того, за такую пижаму сколько
ни дай – все мало.
– Рад, что она вам понравилась; Спокойной ночи, мсье. Завтра спрошу ее у дамы.
– Сам верну завтра утром. Разбудите меня в половине восьмого. Только стучите тихо. Я
услышу… Спокойной ночи.
– Видите, – обратился Равик к Жоан, показывая пижаму. – Костюм для Деда-Мороза. Ваш
портье волшебник. Сейчас облачусь в эту штуку. Не надо бояться быть смешным. Впрочем, для
этого требуется не только мужество, но и известная непринужденность.
Он постелил себе на шезлонге. Ему было безразлично, где спать – в своем отеле или здесь.
В коридоре он обнаружил сносную ванную, а портье дал ему новую зубную щетку. Все
остальное было не важно. Жоан была для него чем-то вроде пациентки.
Он налил полный стакан коньяку и вместе с рюмкой поставил у кровати.
– Надеюсь, вам этого хватит, – сказал он. – Так проще. Мне не придется вставать и наливать
вам снова и снова. Бутылку и другую рюмку забираю себе.
– Рюмка мне не нужна. Могу пить из стакана.
– Тем лучше.
Равик улегся на шезлонге. Ему понравилось, что женщина перестала опекать его. Она
добилась своего и теперь, слава Богу, не обременяла его чрезмерными проявлениями
гостеприимства.
Он налил себе полную рюмку и поставил бутылку на пол.
– Салют!
– Салют! Благодарю вас.
– Все в порядке. Меня и так не очень-то тянуло под дождь.
