120 / 346
Стивен Кинг: «Колдун и кристалл»
Что-то твердое и острое, ну очень похожее на острие ножа, уперлось в рубашку Джонаса, точно
промеж лопаток. Он понял, что это и кто стоит за его спиной, понял, что игра проиграна, но никак не
мог взять в толк, каким образом события могли принять столь безумный оборот.
– Револьвер в кобуру, – приказал голос человека, вдавившего острие ножа ему в спину. Не про-
сто спокойный, а лишенный всяких эмоций. – Быстро, не то нож дойдет до сердца. И довольно разго-
воров. Наговорились. Или револьвер в кобуру, или смерть.
В голосе Джонас уловил два момента: юность и искренность. Он убрал револьвер.
– Теперь ты, с черными волосами. Вынь револьвер их уха моего друга и убери в кобуру. Бы-
стро.
Клей Рейнолдс не заставил просить себя дважды и шумно выдохнул, когда Ален убрал нож и
отступил на шаг. Катберт не оглянулся, все так же стоял, растянув резинку.
– Теперь ты, у бара, – продолжил Роланд. – Револьвер в кобуру.
Револьвер нашли, отдали Дипейпу, тот сунул его в кобуру, скривившись от боли: задел ране-
ным пальцем ремень. Только после того, как его рука оторвалась от рукоятки, Катберт ослабил натя-
жение резинки, и металлический шарик перекочевал к нему в ладонь.
О том, кто послужил причиной переполоха, напрочь забыли в круговерти последующих собы-
тий. Теперь же Шими вскочил и через весь зал бросился к Катберту, с мокрыми от слез щеками.
Схватил его за руку, несколько раз поцеловал (смачно, с чмоканьем, в другой ситуации кто-то мог бы
и засмеяться), на мгновение прижал его руку к щеке. Потом проскочил мимо Рейнолдса, толкнул
правую дверку и оказался в объятиях сонного, еще не протрезвевшего шерифа. Эвери притащил
Шеб. Шерифа феода он нашел в одной из тюремных камер, где тот сладко спал, плотно закусив и
крепко выпив на торжественном обеде в Доме-на-Набережной.
8
– Веселенькая история, не так ли?
Вопрос задал Эвери. Никто не ответил. Впрочем, он и не ожидал, что они ответят: кто-кто, а эти
молодцы понимали, что в данный момент молчание – золото.
Маленький кабинет шерифа, примыкающий к тюрьме, не мог вместить столько народу: троих
мужчин, троих юношей, еще не ставших мужчинами, и одного толстяка шерифа, поэтому Эвери по-
вел всю компанию в городской Зал собраний, в котором в столь поздний час слышалось воркование
голубей, гнездящихся под крышей, да тиканье старинных часов, стоящих на сцене.
В этот простой, без изысков, зал горожане и землевладельцы феода приходили уже сотни лет,
чтобы принять важные решения, утвердить или отклонить законы, иной раз выслать особо неснос-
ного человека на запад. И зал, чуть подсвеченный луной, настраивал на серьезный лад. Роланд поду-
мал, что даже Джонас это почувствовал. И, пожалуй, только в этом зале шериф Херк Эвери мог если
не употребить власть, то хотя бы показать, что он ею облечен.
Зал заполняли дубовые скамьи, без обивки на сиденьях или спинках. Всего шестьдесят, по
тридцать с каждой стороны широкого центрального прохода. Джонас, Дипейп и Рейнолдс сидели на
первой скамье слева от прохода. Роланд, Катберт и Ален – справа. Рейнолдс и Дипейп надулись, чув-
ствовалось, что им не по себе. Джонас ушел в себя. Команда Уилла Диаборна излучала спокойствие.
Роланд одарил Катберта одним взглядом и надеялся, что тот истолкует его правильно:
Одна остро-
та, и я прямо сейчас отрежу тебе язык.
Роланд подумал, что послание дошло до адресата. Берт уб-
рал своего идиотского «дозорного» – добрый знак.
– Веселенькая история, – повторил Эвери, шумно выдохнув и окатив всех волной винного пере-
гара. Сидел он на краю сцены, коротенькие ножки болтались в воздухе, в его взгляде читалось как
недовольство, так и изумление.
Боковая дверь открылась, вошел помощник шерифа Дейв, сменивший белый наряд лакея на бо-
лее привычные рубашку и штаны цвета хаки. Его монокль торчал из нагрудного кармана. В одной
руке он держал кружку, в другой, как показалось Роланду, кусочки березовой коры.
– Ты все прокипятил, Дэвид? – спросил Эвери. Теперь на его лице читалась тоска.
– Да. – Дважды довел до кипения?
– Да.
– Как она говорила?
– Да, – смиренно ответил Дейв. Протянул шерифу кружку, а когда тот взял ее, бросил в нее ку-