144 / 346
Стивен Кинг: «Колдун и кристалл»
Через три дня после того, как Рой Дипейп выехал из Ритзи и направился к Меджису, ближе к
вечеру Роланд, Катберт и Ален двинулись на северо-запад от Хэмбри. Сначала ехали вдоль Спуска,
потом повернули в полосу зарослей, которую местные называли Плохая Трава, и, наконец, углуби-
лись в пустыню. Впереди торчали лишь иззубренные скалы, посреди которых, они это знали, в земле
темнела щель, образовавшаяся словно от удара топора, которым в ярости маханул какой-то разгне-
ванный бог.
Границу Спуска и скалы разделяло миль шесть. Путь их проходил по равнине. Лишь в одном
месте они увидели торчащую из плоской земли скалу, похожую на палец, согнутый в первой фалан-
ге. Под скалой зеленела полянка, формой напоминающая бумеранг. Когда Катберт заулюлюкал, что-
бы услышать, как его голос эхом отражается от скал, стайка ушастиков-путаников сорвалась с полян-
ки и умчалась на юго-восток, к Спуску.
– Это Скала Висельников, – пояснил Роланд. – У основания бьет ключ… говорят, единствен-
ный в этих местах.
То были первые слова, произнесенные Роландом с того момента, как они отправились в путь,
но Катберт и Ален, следующие за Роландом, облегченно переглянулись. Последние три летние неде-
ли дались им нелегко. Роланд сказал, что они должны выжидать, обращать особое внимание на пу-
стяки, а главное, подмечать уголком глаза, но ни Катберт, ни Ален не доверяли тому ореолу мечта-
тельности, которым окутал себя в эти дни Роланд, найдя для себя особую модель плаща Клея
Рейнолдса. Между собой они об этом не говорили: не было нужды. Оба знали – начни Роланд
приударять за красоткой, которую мэр Торин определил себе в наложницы (а кому еще мог принад-
лежать длинный золотистый волос?), их ждут очень большие неприятности. Но с девушкой Роланд
вроде бы не общался, во всяком случае, новых волосков на его рубашках они не находили, а сегодня
он стал самим собой, отбросив этот воображаемый плащ. Временно, наверное. А если им повезет, то
и навсегда. Им оставалось только ждать и надеяться. В конце концов
ка
скажет свое слово. Так было
всегда.
В миле от скал сильный морской бриз, всю дорогу дувший им в спину, внезапно пропал, и они
услышали низкий атональный вой, исходящий из щели в земле, которую называли каньон Молнии.
Ален натянул поводья, лицо его сморщилось, словно он надкусил какой-то очень уж кислый фрукт.
Подумал он о сильной руке, перебирающей пригоршню острых камешков. Канюки кружили над ка-
ньоном, словно их притягивал этот звук.
– Дозорному это не нравится, Уилл. – Пальцы Катберта забарабанили по птичьему черепу. – И
мне тоже. Чего мы сюда подались?
– Считать, – ответил Роланд. – Нам поручили все сосчитать и все увидеть, и мы здесь, чтобы
считать и смотреть.
– Да, конечно. – Катберт успокаивающе похлопал лошадь по шее, низкий ноющий вой червото-
чины тревожил ее. – Тысяча шестьсот четырнадцать рыболовных сетей, семьсот маленьких рыбацких
лодок, двести сорок баркасов, семьдесят волов, существование которых никто не признает, и, к севе-
ру от города, одна червоточина. Что бы сие означало?
– Это мы и собираемся выяснить, – ответил ему Роланд.
Они двинулись на звук, и, хотя никому из них он не нравился, никто не предложил повернуть
назад. Во-первых, они почти у цели, а во-вторых, Роланд прав… это их работа. А кроме того, их раз-
бирало любопытство.
Устье каньона завалили срубленными ветками, как и предупреждала Сюзан. К осени на
большинстве листва бы засохла, но пока листья оставались зелеными и закрывали вид на каньон. По
центру вниз уходила тропа, но слишком узкая для лошадей (они могли заартачиться и не пойти). Да и
сумерки уже начали сгущаться.
– Мы пойдем вниз? – спросил Катберт. – Пусть ангел-регистратор отметит, что я против, хотя
это и не мятеж.
Роланд не собирался вести их через груду нарубленных веток к источнику звука. Во всяком
случае сейчас, когда он понятия не имел, что собой представляет червоточина. За последние несколь-
ко недель он не раз спрашивал о ней, но вразумительных ответов не получал. «Я бы держался по-
дальше», – посоветовал ему шериф Эвери. Так что больше всего о червоточине рассказала ему Сюзан
в ночь их первой встречи.
– Расслабься, Берт. Вниз мы не пойдем.
– Хорошо, – выдохнул Ален, и Роланд улыбнулся.