Часть IV - Колдун и кристалл

Стивен Кинг: «Колдун и кристалл»

только что открывшие для себя радости плотской любви, на погоду не жаловались, однако за время

дождей Роланд и Сюзан встретились лишь дважды. Опасность того, что тайное станет явным, бук-

вально висела в воздухе.

Первый раз – в покинутом сарае на Прибрежной дороге. Второй – в полуразрушенном здании в

восточной части СИТГО. Там они яростно любили друг друга на одеяле, расстеленном на полу быв-

шего кафетерия. Кончая, Сюзан раз за разом выкрикивала имя Роланда, пугая голубей, обосновав-

шихся в полутемных комнатах.

И уже когда казалось, что моросящий дождь никогда не прекратится, а ноющий вой червоточи-

ны сведет всех жителей Хэмбри с ума, сильный ветер, чуть ли не ураган, подул с океана и унес обла-

ка прочь. И утром город проснулся под ярко-синим небом и солнцем, окрасившим бухту золотом, а в

полдень залившим ее белым огнем. Сонливость горожан как рукой сняло. По картофельным полям

покатились телеги. В «Зеленом сердце» армия женщин принялась украшать сцену, на которой Джей-

ми Макканну и Сюзан Дельгадо предстояло стать Юношей и Девушкой Жатвы.

На той части Спуска, что прилегала к дворцу мэра, Роланд, Катберт и Ален принялись пересчи-

тывать лошадей с тавром феода на боку. Чистое небо и свежий ветер вдохнули в них энергию, и три

или четыре дня они с гиканьем, смехом, веселыми криками носились по Спуску, такие же дружные,

как и в день приезда в Меджис.

В один из этих солнечных дней Элдред Джонас вышел из кабинета шерифа и по Холмовой ули-

це направился к «Зеленому сердцу». Дипейп и Рейнолдс рано утром поскакали к Скале Висельников

в надежде встретить там посланца Латиго. Джонас же собирался посидеть в павильоне с кружкой

пива в руке, наблюдая за приготовлением к празднику. А готовились к нему основательно: рыли ка-

навы, над которыми собирались жарить мясо, укладывали вязанки хвороста для праздничного ко-

стра, жарко спорили о том, где поставить мортиры для фейерверка. Но самое приятное зрелище пред-

ставляли собой женщины, занятые украшением сцены. Может, думал Джонас, он даже пригласит ка-

кую-нибудь симпатичную цветочницу провести с ним часок-другой. Проституток салуна он оставлял

Рою и Клею, его они не привлекали, но вот свеженькая семнадцатилетняя цветочница – совсем дру-

гое дело.

Боль в ноге ушла вместе со слякотью. Теперь он лишь чуть прихрамывал, не испытывая ника-

ких неудобств. Возможно, он ограничится одним или двумя стаканами пива, но мысль о семнадцати-

летней молодке не выходила из головы. Юной, с чистой кожей, высокой грудью. Сладким, свежим

дыханием. Сочными, сладкими губами…

– Мистер Джонас? Элдред?

Он повернулся, улыбаясь, к обладательнице голоса. Не свеженькой, с капельками росы цветоч-

нице с большущими глазами и влажными, чуть приоткрытыми губками, но худосочной женщине в

последнем приступе молодости, с плоской грудью, плоским задом, тонкими бледными губами, воло-

сами, стянутыми на затылке в тугой узел. Образу его мечты соответствовали только широко откры-

тые глаза. Видать, я прострелил даме сердце, с сарказмом подумал Джонас.

– О, Корделия! – Он взял ее руку в свои. – Какая ты сегодня очаровательная!

Щечки Корделии покраснели, она захихикала, как девочка. В это мгновение она выглядела на

сорок пять, а не на шестьдесят. Но ей же не шестьдесят, отметил про себя Джонас. Эти морщины у

рта и тени под глазами… появились недавно.

– Ты очень добр ко мне, но я знаю, что это не так. Я не сплю, а когда женщина моего возраста

не спит, она стареет на глазах.

– Прискорбно слышать, что ты плохо спишь, – посочувствовал Джонас. – Но теперь погода

переменилась и…

– Дело не в погоде. Могу я поговорить с тобой, Элдред? Я все думала и думала, но ты

единственный, к кому я могу обратиться за советом.

Улыбка Джонаса стала шире. Он подхватил Корделию под локоток, тут уж она зарделась как

маков цвет. Джонас решил, что с таким приливом крови к голове она сможет говорить часами. И

каждое ее слово обещало быть интересным.