Часть IV - Колдун и кристалл

Стивен Кинг: «Колдун и кристалл»

мости отвечать на вопросы. Олив им подыграла и не стала выводить их на чистую воду, хотя мест-

ным диалектом владела и могла бы высказать ковбоям все, что о них думает. Она уже поняла, что

ковбои получили строгий приказ держать язык за зубами.

– Я сказала им, что наверху какие-то люди. – продолжила Олив, – и я боюсь, что они хотят

украсть серебро. Попросила их подняться и посмотреть, кого занесло во дворец. Они лишь тупо

смотрели на меня. No habla

, 56

сэй. Дерьмо. Дерьмо!

Шими хотел уже обозвать ковбоев сукиными детьми, но решил, что лучше помолчать. Олив хо-

дила перед ним взад-вперед, изредка бросая взгляды на закрытые двери кухни. Наконец остановилась

перед Шими.

– Выверни карманы. Давай посмотрим, нет ли в них чего полезного.

Шими подчинился. Из одного достал маленький карманный нож (подарок Стенли Руиса) и

недоеденную булку. Из второго – три маленькие, пальчиковые петарды, одну большую, круглую, и

несколько серных спичек.

Глаза Олив заблестели, когда она увидела петарды и спички.

– Слушай меня. Шими…

Катберт похлопал Роланда по щеке. Безрезультатно. Ален оттолкнул его, опустился на колени,

взял руки стрелка в свои. Он никогда не использовал свой дар для того, чтобы помочь человеку

прийти в себя, но ему говорили, что такое возможно: в некоторых случаях дар позволяет проникнуть

в разум другого.

Роланд! Роланд, проснись! Пожалуйста! Ты нам нужен!

Поначалу ответная реакция напрочь отсутствовала. Потом Роланд шевельнулся, что-то пробор-

мотал, выдернул руки из пальцев Алена. За мгновение до того, как веки Роланда поднялись, и Кат-

берт, и Ален замерли от страха: вдруг они увидят не глаза, а розовый пламень.

Но они увидели глаза Роланда – холодные светло-синие глаза стрелка.

Он попытался подняться, но первая попытка не удалась. Протянув руки, Катберт взялся за одну

руку стрелка, Ален – за вторую. Когда они потянули его вверх, Берт чуть не ахнул: в волосах Роланда

появилась седина, которой раньше не было и в помине, он мог в этом поклясться. Однако последний

раз взгляд его упал на волосы Роланда только утром, то есть очень и очень давно.

– Сколько я пролежал без сознания? – Роланд кончиками пальцев коснулся синяка на лбу и по-

морщился от боли.

– Не долго, – ответил Ален. – От силы минут пять. Роланд, извини, что ударил тебя, но при-

шлось. Шар… я подумал, что он убивает тебя.

– Может, так и было. С ним все в порядке?

Ален указал на затянутый веревкой мешок.

– Хорошо. Будет лучше, если его повезет один из вас. Я… – он помолчал, ища подходящие сло-

ва, а когда нашел, ледяная улыбка искривила уголки его рта, –…боюсь не устоять перед искушением.

Поехали к Скале Висельников. Надо закончить начатое.

– Роланд… – вырвалось у Катберта. Роланд повернулся, схватившись рукой за рог седла.

Катберт облизал губы, и Ален уже подумал, что тот не сможет задать вопроса. Если не ты, его

задам я, мелькнула мысль… но Берт совладал с нервами, вернул себе дар речи:

– Что ты видел?

– Многое, – ответил Роланд. – Я видел многое, и большая часть виденного уже исчезла из памя-

ти, как исчезает сон, когда человек просыпается. А то, что помню, я расскажу вам по пути. Вы долж-

ны это знать, потому что увиденное мной меняет все. Мы вернемся в Гилеад, но ненадолго.

– Куда потом? – спросил Ален, оседлав коня.

– На запад. Отправимся на поиски Темной Башни. Если переживем сегодняшний день. Пошли.

Надо покончить с этими цистернами.

56 Не понимаю (исп.).