Равик молчал.
– Никогда больше не вернешься, – повторила она.
Равик посмотрел на нее.
–. Жоан…
– Нет! Это все неправда! Все ложь! Ложь!
– Жоан, – осторожно произнес Равик. – Вернись к своему столику.
В ее глазах стояли слезы.
– Вернись к своему столику.
– Ты во всем виноват! – вырвалось у нее. – Ты! Ты один!
Она резко повернулась и пошла. Равик слегка отодвинул столик и сел. Его взгляд упал на
рюмку кальвадоса, он потянулся за ней, но не взял. Во время разговора с Жоан он оставался
совершенно спокойным. Теперь его охватило волнение. Странно, подумал он. Грудные мускулы
дрожат под кожей. Почему именно грудные? Он поднял рюмку и стал разглядывать свою руку.
Рука не дрожала. Не глядя на Жоан, он отпил глоток.
– Пачку сигарет, – бросил он проходившему кельнеру. – «Капорал».
Он закурил, допил рюмку и снова почувствовал на себе взгляд Жоан. Чего она ждет? –
подумал он. – Что я напьюсь с горя у нее на глазах? Он подозвал кельнера и расплатился. Когда
он встал, Жоан начала что-то оживленно говорить одному из своих спутников. Она не подняла
глаз, когда он прошел мимо ее столика. Лицо ее было жестким, холодным и ничего не
выражало. Она напряженно улыбалась.
Равик бродил по улицам и неожиданно для самого себя снова оказался перед
«Шехерезадой». Морозов встретил его улыбкой.
– Хорошо держишься, солдат! Я уж думал, ты совсем погиб. А ты вот вернулся. Люблю,
когда мои пророчества сбываются.
– Не торопись радоваться, Борис.
– И ты не торопись. Она уже ушла.
– Знаю. Я встретил ее.
– Неужели?
– Да, в «Клош д'Ор».
– Ну и ну… – изумился Морозов. – У судьбы-злодейки всегда сюрпризы про запас. Удивит
так удивит!
– Когда ты освободишься, Борис?
– Через несколько минут. Все уже разошлись. Вот только переоденусь. А ты пока что зайди
в зал, выпьешь водки за счет заведения.
– Нет. Я подожду здесь.
Морозов испытующе посмотрел на него.
– Как ты себя чувствуешь?
– Скверно.
– Разве ты ждал другого?
– Всегда ждешь чего-то другого. Пойди переоденься.
Равик прислонился к стене. Рядом с ним старая цветочница складывала в корзину
нераспроданные цветы. Хотя это и было глупо, но Равику захотелось, чтобы она предложила ему
букет. Неужели по его лицу видно, что цветы ему сейчас ни к чему? Он посмотрел вдоль улицы.
Кое-где в окнах еще горел свет. Медленно проезжали такси… Чего он ждал? Он все предвидел
заранее. Он не ждал лишь того, что Жоан опередит его. А почему бы и нет? Всегда прав тот, кто
наносит удар первым!
Из «Шехерезады» вышли кельнеры. Ночью они были кавказцами в длинных красных
